«Отец» Театральной площади и десятков известных зданий нашего города Арэг Демирханов встретился с красноярцами как минимум в 140-й раз. Мудрые фразы и авторские стихи из первых уст услышал и наш корреспондент.
«Мудрый Арэг Саркисович», как любит в шутку говорить о себе народный архитектор, знает Красноярск не хуже собственной квартиры. Почти за полвека работы в Красноярске Демирханов вжился в его историю так же, как его детища: площадь 350-летия, здание мэрии, краевая филармония, здание КАТЭК и другие. 80-летний мастер и до сих пор украшает современный Красноярск.
О закоулках города и о том, каким он мог быть, если бы все градостроительные задумки воплотились в жизнь, профессор может рассказывать часами. Так вышло и на этой встрече с красноярцами в творческой гостиной «Благозвучие» Красноярской краевой научной библиотеки.
Ни дня без мысли
Менее чем за год над главным корпусом красноярского медицинского университета вырос 30-метровый стеклянный купол. Позже в нём разместится первый краевой музей истории медицины, а пока рабочие неспешно завершают строительные и отделочные работы. Воплощение своего проекта строго контролирует и Арэг Саркисович. Гостям творческой гостиной он показывает фотографии, на которых стоит рядом с лежащей колонной и совсем немного превышает её в диаметре. Такие колонны буквально «подвешивают» купол над основным каркасом университета — иначе бы здание не выдержало надстройку в 250 тонн.
Без таких изюминок не обходится ни одна работа Арэга Демирханова. В большом концертном зале до реконструкции ей стала уникальная люстра ручной работы мастера Евгения Белоусова. Её составляющие были частью акустической системы огромного зала. В культурно-историческом центре на Стрелке — это его внешний облик, который Арэг Саркисович сознательно уподоблял глыбам красноярских Столбов. Автор здания Енисейского речного пароходства гордится его высотой, которая превысила даже красноярскую мэрию, что было тогда небывалой дерзостью. «Так я доказал значимость нашей великой реки», — вспоминает архитектор. Одно здание в пригороде Демирханов спроектировал так, что через его карниз прорастали сосны. Церкви, площади, здания, театры, памятники, фонтаны — в количестве и качестве своих работ Арэг Саркисович видит смысл жизни.
«Меня часто спрашивают — что для вас главное в жизни? Отвечаю: это востребованность, — Демирханов на секунду задумался. — Быть нужным — вот драма всех актёров, особенно старых. А архитектура это тоже актёрское искусство. Законы построения здесь те же самые, что в живописи и музыке: композиция, пиано-форте и так далее, но материал — камень, бетон, железо! Причём работаешь не ты своими руками, а тысячи исполнителей. Вообразите, как сложно доверять свой замысел тысячам...».
Ломать — не строить
За два часа воспоминаний Арэг Демирханов «препарировал» многие свои работы. В том числе и те, которые остались на бумаге. Среди них — глобальная задумка тоннеля под центральными улицами Маркса, Мира и Ленина, с «входом» на театральной площади и «выходом» возле Качи. Сейчас её следует похоронить вместе с идеей ответвления дороги вправо на выезде с коммунального моста на левом берегу. Дорога должна была обогнуть краеведческий музей, симметрично повороту на Дубровинского.
А вот другие дерзкие задумки удались. Например, здание бизнес-центра «Европа», который сам Демирханов любит называть «Титаник»: «Меня часто укоряли за то, что я вырезал в нём арку — ведь это потеря полезных площадей. Но с другой стороны, это наводка на визуальные связи города. Через арку с моста видно выход на остановку, а из неё можно удачно сделать фотографию башни. Ведь надо больше смотреть: внутрь себя и вокруг себя».
Вспомнил и 1972 год, когда проектировал большой концертный зал. «Считается, что нужно делать концертный зал в форме бутылки, сужающейся к сцене. А я, наоборот, растянул его: зритель должен быть ближе к актёру, видеть лица и улыбки танцоров. И сейчас любой, кто смотрит со сцены в зал, не верит, что перед ним почти 2000 человек».
В залах краевой филармонии, к которым приложил руку Демирханов, много таких секретов. «Чтобы концертный зал был универсальным для любого инструмента, будь то скрипка, пианино, симфонический оркестр или соло — нужно обеспечить на слушателя 11 кубометров воздуха. Но этого добиться очень сложно», — поделился художник. В Малом зале с соавторами они проделали скрытую вентиляцию через балкон, чтобы воздух под крышей тоже «работал» на аудиторию. И даже панорамный коридор имеет особенное предназначение. Прогуливаясь по нему, зритель обогнёт здание по периметру и с разных точек увидит разный Красноярск.
«А здесь, рядом с филармонией, стоял бюст Черненко, — комментирует советские фотографии мастер. — Это был кусочек истории, он никому не мешал. Но у нас любят так — переходить из крайности в крайность».
В последние годы Арэг Саркисович увлёкся культовой архитектурой: начал проектировать православные храмы. Как однажды выразился архитектор, так он отдаёт «вечный долг» второй родине — России. Первой из шести его храмов стала церковь святой Евдокии в селе Сизая. Демирханов строил её по просьбе олимпийского чемпиона Ивана Ярыгина в память о его матери. На таких богоугодных стройках мысли сами становились возвышеннее, даже если дело касалось с первого взгляда низменных вещей. Одну из шести часовен архитектор ставил на скальном основании. «Как вы думаете, что было самое сложное? — Спросил аудиторию и сам ответил. — Проектировать туалет. Ведь цивилизация начинается с туалета».
По принципу СТД
Свою первую встречу четырёхлетней давности с народным архитектором вспомнила одна из слушательниц: «Через несколько минут после знакомства он спросил меня: «Скажи, что самое важное в жизни? Доверие. А самое страшное — это доверие потерять». По словам женщины, эта цитата помогла ей однажды добиться извинений. Впрочем, к человеколюбию у зодчего и поэта Демирханова особое отношение. Для себя, родственников и всего народа он даже выработал так называемый принцип СТД.
«Его нужно соблюдать, чтобы быть человеком, — рассказал Демирханов. — „С“ — это Себялюбие, но в хорошем смысле — нужно беречь себя. „Т“ — самое главное, Трудолюбие — ни минуты нельзя проводить без работы, ни минуты без нагрузки. Не можешь рисовать или делать что-то руками — значит, думай. И „Д“ — Дружелюбие. Без этого невозможно вписаться в коллектив людей. Обратите внимание, на что заканчиваются все слова...»
С таким отношением и живёт девятый десяток почётный гражданин Красноярска. Цитируя собственные стихи, размышляя о жизни, и не боясь людей.
«Великолепный архитектор Иван Жолтовский, принимая на свой курс студентов, комкал лист бумаги и просил: „Нарисуй“. Если студент рисовал, то его принимали, — вспомнил красноярский мастер. — Я сейчас сжат перед вами как этот лист: по обстоятельствам жизни и работы, по домашним и личным делам. И если я говорю вам спасибо, то искренне. Ведь ваше внимание распрямляет этот лист, становишься готов к новым записям. Спасибо».
